Австрийский философ Витгенштейн, оказавший в своё время на социологическую науку существенное влияние, отличался необычным мышлением. Младший из восьми детей одного из самых состоятельных семейств Австро-Венгерской империи, он предложил принципиально новую систему философского языка. Уникальный мыслитель своего времени был, пожалуй, единственным профессором философии, который не читал никогда Аристотеля. Так однажды он сказал сам о себе одному своему другу…
Происхождение и путь к философии
Семья, из которой происходил Людвиг Витгенштейн, имела еврейские корни. Его отец был австрийским сталелитейным магнатом. Бабушка и дедушка философа, несмотря на своё происхождение, стали протестантами после того, как переехали в Вену из Саксонии. Это произошло в 1850 годах. Они успешно ассимилировались в общественные слои венских протестантов.
Изучая инженерное дело, Людвиг Витгенштейн познакомился с трудами Фреге, благодаря которым задумался над проблемой математической основы в философии. До этого мыслитель занимался конструированием летательных аппаратов. Существует мнение, что Людвиг имел возможность встречаться несколько раз с Фреге, который посоветовал ему изучить работы Рассела, посвящённые увлёкшей его теме. Впоследствии Людвиг Витгенштейн подружился с Расселом, будучи его учеником в Кембридже (1911). Вернулся в Австрию в 1914 году, но уже в 1917-м попал в плен. За это время он почти завершил работу над известным трудом — «Логико-философским трактатом». Когда эта книга увидела свет, она произвела сильное впечатление на читателей. Труд был опубликован на немецком (1921) и английском (1922) языках.
Исследования проблем философии
Работая учителем в сельской школе, Людвиг Витгенштейн мыслил, что все основополагающие вопросы философии, затронутые в трактате, были решены. Но уже в 1926 году молодой учёный понял, что его труд истолковали неправильно, а некоторые идеи ошибочны. Тогда он вернулся в Кембридж и снова занялся философией. После этого мыслитель до самой смерти (1951) трудился над разработкой нового языка философии. Именно в этот период была написана работа «Философские исследования», которую опубликовали лишь после смерти автора, в 1953-м. Труд относят уже к поздним изысканиям философа. К тому же периоду принадлежат работы «Голубая книга» и «Коричневая книга» (1958).
Философ Людвиг Витгенштейн, биография которого говорит о неординарной и яркой личности, оставил глубокий след в истории философской мысли. Его сравнивали с Сократом, а он сам впечатлял современников даже больше, чем его труды.
Структура «Трактата»
«Трактат» Витгенштейна представлен в виде семи афоризмов, каждый из которых имеет разветвлённую систему пояснений. По своему содержанию он предлагает решение основных философских вопросов. Центральным стержнем являются понятия языка и мира. «Зеркальная пара»
— именно так говорит о них Витгенштейн Людвиг. Философия языка отражает мир, который состоит из фактов. Большинство же считает наоборот - он состоит из объектов. По мнению Витгенштейна, объекты вступают во взаимодействие друг с другом и образуют факты, которые могут быть сложными и простыми. Отношения же между объектами возможны благодаря присущей им логической форме.
Факты и язык
Факты в языке описываются простыми и сложными предложениями в зависимости от их типа. В совокупности язык очерчивает весь мир, все его факты, и подчинён он законам логики. Вне этих законов всё бессмысленно. Таковыми являются этика, эстетика, метафизика…
Рассматривая тезисы, которые выводил Людвиг Витгенштейн, цитаты, оставленные им, стоит понимать, что он не уничижал значение так называемых бессмысленных наук, но подчёркивал бесполезность для них самого языка. Это подтверждает завершающий афоризм «Трактата»: «О чём невозможно говорить, о том следует молчать».
Вот ещё некоторые цитаты Витгенштейна:
- Недоверие к грамматике есть первое требование к философствованию.
- Границы моего языка означают границы моего мира.
- Мы сражаемся с языком.
- Ни одно предложение не может высказывать нечто о себе самом. Человек обладает способностью строить языки, позволяющие выразить любой смысл, понятия не имея о том, как и что обозначает каждое слово.
Интересным моментом является, например, то, что члены философского Венского кружка, исповедующие «Трактат» как основополагающую книгу, тем не менее не приняли такое положение бесполезности языка для выходящих за рамки логики наук. Они отождествили «бессмысленное» «подлежащему элиминации». Тогда Людвиг Витгенштейн, логико-философский трактат которого на последнем тезисе вызвал ряд недоумений, пересмотрел свои взгляды.
Методики и практики
Результатом перемен явились методики и практики, в отличие от существующих теоретических основ. Сам мыслитель считал такой набор более полезным, чем теорию. Именно так, по его мнению, должна выглядеть дисциплина, приспосабливающаяся к изменениям в своём предмете. Поздняя философия Витгенштейна нашла поклонников в Оксфорде, Кембридже и положила начало развитию лингвистической философии.
Интересно то, что возникает большое количество противоречий при изучении системы философских взглядов, которую предложил Людвиг Витгенштейн. Книги мыслителя имеют большой разбег в оценках со стороны исследователей его трудов. Однако значение идей философа огромно, глубина его творчества захватывает.
Трагические моменты жизни и выбор философа
Безусловно, жизнь философа была нелёгкой, особенно детство. В его биографии имеются трагические моменты, которые, возможно, и послужили причиной такого глубокого осмысления философских вопросов. Он часто страдал от депрессивных состояний, что, как известно, может привести к страшным последствиям. И это неудивительно, ведь трое из его братьев укоротили себе век. Отец семейства, в котором родился и рос Витгенштейн, был человеком авторитарным. Когда глава семьи умер, Людвигу досталось весьма богатое наследство, которое он, впрочем, отдал брату и сёстрам. Так требовала его философски настроенная душа, чтобы не быть ничем обременённой.
Личность, поражающая глубиной и неординарностью
Витгенштейн старался в своей жизни подражать Христу. Конечно, трудно назвать его полностью осознанным христианином, так как это предполагает чётко ориентированное религиозное мышление, основанное строго на Евангелие и догматическое богословие. Другими словами, он не был воцерковлен. Он философ - неординарный, но всё же философ. А философия сама по себе предполагает лишь поиск истины, размышление о ней и путях к раскрытию тайн мироздания. Христианство же, наоборот, утверждает, что истина - это Христос, и нет нужды в поисках каких-либо путей и смыслов чего бы то ни было: всё во Христе, Он - альфа и омега, закон и смысл бытия человека.
Его не сильно любили начитанные, напоказ правильные учёные-философы и мыслители. Зато его обожала детвора. Витгенштейн отличался мудростью, добротой, терпимостью и искренностью. Работая в глухой австрийской деревне учителем, он поразил их однажды своими знаниями в инженерии, когда отремонтировал деревенскую фабрику. Он всегда выделялся из толпы. Когда Гитлер пришёл к власти, он во всеуслышание заявил о том, что является евреем, хотя это было лишь частично правдой. Он изучал русский язык и был достаточно успешен в этой области, благодаря чему и стал читать Достоевского, Толстого. Личность Людвига слишком яркая, поэтому внимание к его биографии и трудам не угасает, а споры понемногу продолжаются…
Людвиг Витгенштейн
Эта цивилизация, может быть,
когда-нибудь и станет культурой.
Л. Витгенштейн
Людвиг Витгенштейн (1889-1951) является одним из самых выдающихся философов ХХ века. Его философия оказала влияние не только на различные разделы философского знания, расширив тем самым его границы и возможности, но и на развитие таких наук, как логика, математика, лингвистика, перечень которых далеко не исчерпывается. Более того, если ХХ век во многом прошёл под знаком идей Карла Маркса и Фридриха Ницше, то в философии Витгенштейна сам этот век получил своё наиболее глубокое осмысление. И это выглядит тем более парадоксальным, что философ не оставил специальных сочинений по социальной философии или философии истории. Главным предметом его страстного поиска на протяжении всей его жизни была мысль о мысли и, следовательно, стремление ответить на вопрос, что такое философия? В личности Витгенштейна впечатляет всё: его происхождение и легендарная героическая биография, его достижения в различных областях человеческой деятельности и, конечно, его философия, изучение и понимание которой, судя по всему, ещё только начинается.
Принадлежа к знатному аристократическому роду и занимая привилегированное положение в обществе, Витгенштейн идёт добровольцем на Первую мировую войну, и никакие связи его влиятельных родственников не могут изменить его решения. С чисто философской точки зрения это шаг можно расценить как поиск момента истины: когда над головой свистят пули, каждая из которых может оборвать твою жизнь, мысль не ищет компромисса с совестью и называет вещи своими именами. Там, в окопах мировой войны и в последовавшем после неё плену, и рождается знаменитый, изданный в 1921 году, «Логико-философский трактат», который и по форме, и по содержанию без преувеличения можно назвать философским шедевром ХХ столетия. Один из самых богатых людей в Европе, Витгенштейн, занимаясь меценатством и благотворительностью, раздал всё своё состояние и стал скромным сельским учителем с тем, чтобы впоследствии, заканчивая свой жизненный путь уже в качестве преподавателя Кембриджа, сказать: «Я прожил прекрасную жизнь».
Особое отношение у Витгенштейна было к России. Владея, в числе многих языков, и русским, он испытал на себе влияние великой русской литературы ХIХ века и прежде всего Л.Н. Толстого и Ф.М. Достоевского. С ними его связывает неприятие ограниченного, чисто рассудочного, узко рационального, технократического подхода в понимании мира и человека. Негативно относясь к западной цивилизации, Витгенштейн считал, что Россия должна сыграть особую роль в её духовном оздоровлении. В 30-е годы у него даже созревает замысел переезда в СССР. Он дважды посещает нашу страну, ему предлагают возглавить кафедру в Казани, но, к счастью для себя, он возвращается на родину. Признанием его заслуг перед человечеством является то, что 1989 год - год столетия со дня рождения философа - был объявлен ЮНЕСКО годом Людвига Витгенштейна.
Я не мог не привести эти сведения потому, что, во-первых, сама личность и жизненный путь этого философа имеют огромное облагораживающее и воспитывающее значение, и, во-вторых, потому, что его философия неотделима от его личности. Она была для него не просто страстным исследовательским поиском, но образом жизни, бытием, судьбой. По отношению к нему как одному из немногих философствующих справедливы слова Пифагора, который был первым из тех, кто назвал себя философом и при этом объяснил смысл этого слова так: «Жизнь подобна игрищам: иные приходят на них состязаться, иные - торговать, а самые счастливые - смотреть; так и в жизни иные, подобные рабам, рождаются жадными до славы и наживы, между тем как философы - до единой только истины» . Всё это непосредственно связано с нашей темой.
Философия философии, или метафилософия , не является специальной отраслью философского знания. Она представляет собой проблемное поле, связанное с философским осмыслением предмета философии, её сущности, основных задач и методов исследования. Этот далеко не полный круг вопросов в явном или скрытом виде присутствует в любой конкретной философии, и каждый философ, так или иначе, решает их для себя по-своему. В этом и проявляется специфика философии в её принципиальном отличии от любой науки. Для учёного, будь он представитель любой науки, вопрос о сущности его науки не играет существенной роли. Он как учёный занимается, прежде всего, решением конкретных исследовательских задач. Для философа же вопрос о том, чем является по сути своей философия, имеет принципиальное значение: решение этого вопроса непосредственно определяет то, каким видит философ взаимное отношение мира и человека. Это во многом определяет и постановку философом тех или иных проблем и их решение. И происходит это с необходимостью потому, что философия, в отличие от любой науки, всегда является проблемой для себя самой. Она всегда ставит перед собой вопрос о правомерности своего существования. В этом - залог жизнеспособности философии, её действенности и силы, её дальнейшего развития.
Вопрос, что такое философия и чем ей надлежит быть, постоянно находился в центре внимания Витгенштейна. Однако мы сосредоточим своё внимание здесь лишь на некоторых принципиальных положениях, которые изложены в его «раннем» «Логико-философском трактате». Это произведение принадлежит к числу тех немногих философских сочинений, где в буквальном смысле нет ни одного лишнего слова. Его отличает концептуальная строгость и логическая ясность. Он состоит из афоризмов, обозначенных цифрами, указывающими на степень важности каждого из них. Особенностью этого произведения является не только то, что в нём излагается определённая концепция философии, но и то, что в процессе этого изложения она апробируется в её практическом применении. Таким образом, это и изложение концепции, и демонстрация её в действии. В этом тоже проявляется принципиальная установка автора в понимании им сущности философии: философия не сводится к построению какой-то законченной теоретической системы. В ещё большей степени она представляет собой деятельность. И эту деятельность нельзя свести просто к процессу написания философского текста. Философская работа есть работа над самим собой, над созданием своей собственной точки зрения, которая выражается не просто словами в виде законченных формулировок. В своей действительной подлинной сущности философская деятельность демонстрируется философом в его жизненной практике, выражается в его образе жизни. В противном случае, согласно Витгенштейну, философия не имеет никакой ценности и никакого значения. Поэтому «Трактат» делится, условно говоря, как бы на две части. Одна из них вербально выражена в самом его тексте. Другая же часть, с точки зрения самого автора наиболее значимая, «остаётся за кадром», лишь подразумевается, так как «…что вообще может быть сказано, может быть сказано ясно, а о чём невозможно говорить, о том следует молчать» .
Ясными могут быть лишь высказывания о единичных фактах, какими они являются сам по себе как таковые безотносительно от сознания и намерений высказывающего их человека. Иными словами, право на существование имеют лишь высказывания о фактически удостоверенных данных. О мире же ценностей следует молчать. Таким образом, ценностно-нормативная сфера, обоснование идеалов, которые всегда были предметом особых забот философов и где их заслуги общеизвестны, как бы ставится под сомнение. Витгенштейн намеренно избегает в тексте «Трактата» каких-либо ценностных суждений, потому что, как он полагает, никаких ценностей в мире как таковом, каким он является независимо от сознания человека, нет. Так, в афоризме под номером 6.41 (здесь и далее в начале цитаты указывается номер афоризма) он пишет: «Смысл мира должен находиться вне мира. В мире всё есть, как оно есть, и всё происходит, как оно происходит, в нём нет ценности - а если бы она и была, то не имела бы ценности. Если есть некая ценность, действительно обладающая ценностью, она должна находиться вне всего происходящего и так-бытия. Ибо всё происходящее и так-бытие случайны. То, что делает его не случайным, не может находиться в мире, ибо иначе оно вновь стало бы случайным». Действительно, исходя из фактического положения дел в объективном мире, в нём нет ни высшего, ни низшего, ни добра, ни зла, ни истины, ни любви, ни красоты. Всё это привносится в мир лишь живущим в нём человеком, который страдает, борется, оценивает, стремится, любит, ненавидит. В афоризме под номером 6.432 мы читаем: «С точки зрения высшего совершенно безразлично, как обстоят дела в мире. Бог не обнаруживается в мире». Итак, о мире как целом, о ценности и смысле мира и жизни, о смерти, которая не является событием жизни, и о Боге, который не очевиден, буквально ничего определённого сказать нельзя.
Кому-то, может быть, эти рассуждения покажутся кощунственными, но человек, который это пишет, четыре года был участником активных боевых действий и четыре года бесправным пленным. На Витгенштейна огромное впечатление своей нелепостью произвёл тот факт, что освящённый хлеб на фронт привозили в никелированных вагонах. Ведь люди, которые верили в загробную жизнь, в боевых условиях ничем не отличались от прочих. (Нелепость здесь в том, что если освящённый хлеб обладает какими-то особыми качествами - и в силу этого не может испортиться, - то зачем его надо везти в никелированных вагонах?) Молчать о мире ценностей и о долге следует не только потому, что ничего ясного, определённого и тем более однозначного о них сказать нельзя, но, прежде всего, потому, что религиозные и нравственные ценности обесцениваются в слове. Они превращаются в словоблудие и открывают широкий простор для демагогии, ханжества, шарлатанства, идеологических спекуляций, становятся орудием манипуляции человеком. Человечество буквально утопает в безответственной болтовне, что не способствует нравственному очищению, а, наоборот, ведёт к моральной деградации. Природа этих ценностей, согласно Витгенштейну, такова, что они по-настоящему действенны лишь тогда, когда не высказываются, а демонстрируются в действии, в поведении, в образе жизни, в личном примере. Действительно, слова не являются достаточно убедительным аргументом в защиту нравственности. Личный пример в этом отношении гораздо более убедителен. Здесь, как нигде, справедливы слова «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Разве не твердят человечеству на протяжении тысячелетий простые истины: «Не убий, не укради, возлюби ближнего и т.д.?» Но оно от этого не становится, ни нравственно чище, ни справедливее, ни благороднее.
Однако философия, религия, этика, эстетика и другие сферы нормативно-ценностного регулирования на всём протяжении своего существования только и заняты тем, что постоянно производят ценностные суждения, которые порою исключают друг друга. Что же в таком случае представляют собой философские суждения и чем должна стать философия, если она лишается этого своего традиционного предмета? И то, и другое несколько проясняется в анализе понятия «мир», который дан в «Трактате».
Как известно, философия традиционно понимает мир как целое и единое, как некую целостность. Сама философия часто определяется как мысль о мире в целом и о мире как целом. Так же некритически мир как целое предстаёт и обыденному сознанию обычного человека. Так же, как нечто целостное и единое, мир понимается и в религиозном сознании. Однако Витгенштейн обращает внимание на то, что мир как целое есть иллюзия человеческого сознания, таким он предстаёт лишь в продуктах мыслительной деятельности человека. В реальном жизненном опыте каждый из нас всегда имеет дело лишь с конкретными предметами в определённых, всегда уникальных, обстоятельствах, а не с миром в целом. Поэтому суждения о мире в целом и о мире как целом нельзя квалифицировать ни как истинные, ни как ложные, ибо они бессмысленны. И это является отличительной чертой именно философских суждений. Этот вывод зафиксирован в афоризме под номером 4.003: «Большинство предложений и вопросов, трактуемых как философские, не ложны, а бессмысленны». Единственное, что можно с достоверностью сказать о мире, - это то, что мир есть совокупность фактов, зафиксированных в совокупности высказываний об этих фактах. Поэтому афоризм под номером 5.6 гласит: «Границы моего языка означают границы моего мира». Сущность этого высказывания нельзя свести, как это было принято ранее в наших философских словарях, энциклопедиях и учебниках, к субъективному идеализму и признанию непознаваемости мира. Мир действительно для каждого человека существует ровно настолько, насколько он его понимает, а уровень своего понимания человек может выразить лишь в своём языке. То, чего человек не может ясно выразить в словах, для него не существует, потому что он этого не понимает и не может назвать, ибо понимать можно только то, что имеет смысл. Так, например, если человек не изучал высшей математики, то все её формулы для него покажутся бессмысленным набором каких-то непонятных закорючек. Они для него не имеют никакого смысла. Поэтому можно с уверенностью сказать, что высшая математика в границы мира этого человека не входит, а потому для него и не существует. То же самое можно сказать и о восприятии классической музыки человеком, не имеющем элементарного музыкального образования. Для человека, лишённого музыкального вкуса, такая музыка не имеет никакого смысла, а, стало быть, и ценности. Витгенштейн указывает на то, что все суждения о том, что есть, или суждения о фактах, можно условно разделить на три категории: истинные, ложные и бессмысленные. Так, например, суждение «пять больше четырёх» в пределах элементарной арифметики является истинным. «Пять меньше четырёх» является ложным, а высказывание «собака больше четырёх» вообще лишено смысла.
Таковыми, согласно Витгенштейну, и является большинство философских высказываний. Это происходит потому, что философские понятия, именуемые категориями, как правило, не имеют однозначных определений. Такие категории, как «материя», «сознание», «мир», «человек» каждый философ понимает по-своему и, исходя из этого понимания, создаёт свою целостную систему философских взглядов. Поэтому и так называемые «вечные» проблемы, которыми занимается философия, - такие, как, например: «Что есть первопричина мира?», «Какова цель его развития?» - являются проблемами мнимыми. Они лишены смысла как с точки зрения обычного, обыденного сознания, так и с точки зрения науки. Попытки же дать ответы на такие вопросы с необходимостью порождают философские высказывания, которые невозможно квалифицировать в терминах «истинно» или «ложно». Такие философские вопросы не способны указать даже предметной области, где следовало бы искать ответ, не говоря уже о том, чтобы предложить методы их решения. Они попросту логически некорректны. Никто не может с полной уверенностью сказать, где и как искать на них ответы. (За исключением, конечно, религии, которая даёт ответы на все вопросы.)
Витгенштейн приходит к выводу, что философия, если она не хочет умножать количество бессмысленных высказываний, организованных в очередную абстрактную теоретическую систему, которая допускает бесконечное число интерпретаций, должна стать деятельностью по прояснению смыслов. Об этом говорится в афоризме под номером 4.112. «Цель философии - логическое прояснение мыслей. Философия не теория, а деятельность. Философская работа состоит по существу из разъяснения. Результат философии не некоторое количество "философских" предложений. Философия должна прояснять и строго разграничивать мысли, которые без этого являются как бы тёмными и расплывчатыми». Таким образом, философия должна стать интеллектуальной деятельностью по логическому прояснению смысла языковых высказываний. Философия - не что иное, как форма проявления и реализации интеллектуальной честности.
Особое внимание Витгенштейн уделяет взаимоотношению философии и науки. В отличие от своего современника, выдающегося немецкого философа Мартина Хайдеггера, который ставил философию бесконечно выше любой науки, так как считал, что «наука не мыслит», Витгенштейн не ставит философию над наукой. Вместе с тем, он категорически настаивает на различении сфер их компетенции. Так, в афоризме под номером 4.11 он пишет: «Философия не является одной из естественных наук. Слово "философия" должна означать что-то стоящее над или под, но не наряду с естественными науками». Только наука, по его мнению, имеет право претендовать на истинность своих высказываний: «4.11. Совокупность всех истинных предложений есть всё естествознание (или совокупность всех естественных наук)».
Однако предметное поле естествознания постоянно расширяется. Поэтому проблемы, ранее относимые к философским, по мере развития науки становятся научными и получают, наконец, своё решение в конкретной сфере научного знания. Наглядное описание этого процесса мы находим в статье философа Исаий Берлина: «…раннее Средневековье не ошибалось, рассматривая астрономию как "философскую" науку, поскольку ответы на вопросы о звёздах и планетах не определялись в ней ни наблюдениями, ни экспериментами, ни вычислениями. Астрономия руководствовалась неэмпирическими понятиями типа: совершенные небесные тела необходимо следуют круговым орбитам согласно цели своего существования или внутренней сущности, которыми они наделены Богом или Природой…
Со временем вопросы астрономии были сформулированы таким образом, что ясные ответы на них могли быть найдены посредством и на основе методов наблюдения и эксперимента. Эти методы, в свою очередь, были соединены в систему, непротиворечивость которой могла быть проверена чисто логическими или формальными средствами. Тогда и была создана новая наука астрономия» .
Философская работа, по мнению Витгенштейна, и должна проходить на границе с естествознанием, помогая установить, что может быть познаваемо или непознаваемо в конкретных условиях места и времени. Об этом гласят афоризмы под номерами 4.13 и 4.14: «Философия ограничивает спорную область естествознания»; «Она должна ставить границу мыслимому и тем самым немыслимому. Она должна ограничивать немыслимое изнутри через мыслимое».
Пафос Витгенштейна, по его собственному признанию, направлен против психологизма в теории познания. Субъектом познания у него выступает не конкретный единичный живой человек со своими переживаниями, предрассудками и установками, но субъект логический, выражаясь языком Канта, трансцендентальный субъект, носитель логических и научных форм мысли. Об этом - афоризм под номером 5.641: «Я - это не человек, не человеческое тело или человеческая душа, с которой имеет дело психология, но метафизический субъект, граница - а не часть мира». Согласно автору афоризмов, только в этом единственном смысле философия может «непсихологически» рассуждать о «Я». Логическое мышление безлично, поскольку личность мыслящего должна быть исключена из логических рассуждений, а законам логики подчиняются как мышление, так и язык. Об этом недвусмысленно гласит афоризм под номером 5.4731: «Априорность логики заключается в том, что нельзя нелогически мыслить».
Рассуждения и выводы Витгенштейна, с моей точки зрения, направлены на то, чтобы очистить человеческое мышление от антропоморфизма, который неизбежно погружает его в мир заблуждений и иллюзий. Антропоморфизм - это приписывание природным и социальным явлениям человеческих качеств и свойств, понимание мира природы, общества и даже Бога по образу и подобию человека. Природа как таковая лишена морали, и когда волк пожирает овцу, он просто утоляет свой голод, действует по закону природы. Но всегда находятся люди, которые скажут, что у волка нет совести. Антропоморфизм пронизывает все виды и формы человеческого сознания: мифологию, религию, искусство, здравый смысл, философию и даже некоторые виды научного знания. Это неизбежно происходит по той простой причине, что человек смотрит на мир человеческими глазами, измеряет и оценивает его человеческими мерками и оценками и никак иначе относиться к миру не может. Однако антропоморфизм неизбежно приводит к тому, что засоряет пространство индивидуального и общественного сознания высказываниями, лишёнными смысла, которым ничто не соответствует в мире фактов. Это происходит в основном по двум причинам: по неряшливости, безграмотности мышления и по злому умыслу. Во втором случае человека сознательно и целенаправленно дезориентируют относительно понимания им самого себя и своего положения в мире. При этом легко можно снять с себя ответственность за действительное положение дел, ссылаясь при этом на действия не зависящих от сознания и воли человека каких-либо мифических или мистических сущностей.
Действительно, мир как таковой нравственно нейтрален: в нём нет ни добра, ни зла, ценности и оценки привносит в мир лишь человек. В мире как таковом нет никаких оснований ни для любви, ни для добра, ни для красоты, ни для совести и нравственного поведения. Всё это опирается только на добрую и сильную волю человека. Но человек, по мнению Витгенштейна, предпочитает чаще всего прятаться от своей ответственности за нагромождением иногда, может быть, и красивых и по видимости возвышенных, благородных и умных, но по существу лишь бессмысленных фраз. В итоге человек сужает круг своей личной ответственности. В конечном счёте это приводит к тому, что, по выражению Мартина Хайдеггера, «чем более воцаряется болтовня, тем более закрывается мир» .
Такое положение дел Витгенштейн называет «болезнью разума». Поэтому деятельность философа должна быть направлена в прямо противоположном направлении: она должна прояснять поле человеческого сознания посредством логического анализа языковых высказываний. Таким образом, философия обретает свою подлинную ценность не столько как абстрактно-теоретическая система, сколько как прикладная дисциплина, выполняющая санитарную (расчищать поле сознания) и психотерапевтическую (лечить сознание от заблуждений и иллюзий) функции. Автор этих строк полностью присоединяется к позиции великого философа ХХ столетия Людвига Витгенштейна. В век господства средств массовой коммуникаций и информационных технологий, религиозного фанатизма и тоталитарных идеологий, в век информационных войн и массовых психических эпидемий философская деятельность, как её понимал Людвиг Витгенштейн, становится одним из факторов выживания человечества.
Таковы некоторые принципиальные положения философии философии Людвига Витгенштейна, которые можно было рассмотреть в рамках небольшой статьи.
Примечания
Диоген Лаэртский . О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. - М., 1979. - С. 334.
Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. - М., 1958. - С. 29.
Берлин И. Назначение философии // Вопросы философии. - 1999. - № 5. - С. 93.
Хайдеггер М. Исследовательская работа Вильгельма Дильтея и борьба за историческое мировоззрение в наши дни: Десять докладов, прочитанных в Касселе (1925) // Вопросы философии. - 1995. - № 11. - С. 13.
Витгенштейн родился 26 апреля 1889 года в Вене в семье сталелитейного магната еврейского происхождения. Его родителями были Карл и Леопольдина Витгенштейн. Он был самым младшим из восьми детей, рождённых в одной из наиболее известных и богатых семей Австро-Венгерской империи. Среди его братьев - пианист Пауль Витгенштейн, который на войне потерял правую руку. Родители его отца, Герман Христиан и Фанни Витгенштейн, родились в еврейских семьях, но приняли протестантство после переезда из Саксонии в Вену в 1850-х годах, успешно ассимилировавшись в венские протестантские профессиональные слои общества. Существует история о том, что Витгенштейн однажды сказал, одному из своих друзей, что он единственный в мире философ не читавший Аристотеля. Еще одна из мифов-историй вокруг мыслителя есть гипотеза, что он учился в одном классе с Адольфом Гитлером.
Начав изучать инженерное дело, он познакомился с работами Готлиба Фреге, которые повернули его интерес от конструирования летательных аппаратов, он занимался конструированием пропеллеров, к проблеме философских оснований математики. Витгенштейн имел разнообразные способности и был талантливым музыкантом, скульптором и архитектором, хотя лишь отчасти сумел реализовать свои художественные возможности. В молодости был духовно близок кругу венского литературно-критического авангарда, группировавшегося вокруг публициста и писателя Карла Крауса и издававшегося им журнала «Факел».
В 1911 году Витгенштейн отправился в Кембридж, где стал учеником, помощником и другом другого знаменитого философа и математика Бертрана Рассела. В 1913 году он возвращается в Австрию и в 1914 году после начала Первой мировой войны добровольцем отправляется на фронт. В 1917 году Витгенштейн оказался в плену. За время боевых действий и пребывания в лагере для военнопленных Витгенштейн практически полностью написал свой знаменитый «Логико-философский трактат». Книга выходит на немецком в 1921 году и на английском в 1922 году. Появление её произвело сильное впечатление на философский мир Европы, но Витгенштейн, полагая, что все главные философские проблемы в «Трактате» решены, уже был занят другим делом: работает учителем в сельской школе. К 1926 году, однако, ему стало ясно, что проблемы все-таки остались, что его «Трактат» был неправильно истолкован, и, наконец, что некоторые из содержащихся в нём идей являются ошибочными. С 1929 года Витгенштейн живёт в Великобритании, в 1939—1947 годах работает в Кембридже в должности профессора. Начиная с этого времени и до своей смерти в 1951 году, прервав учёные занятия для работы санитаром в лондонском госпитале во время Второй мировой войны, Витгенштейн разрабатывает принципиально новую философию языка. Главной работой этого периода стали «Философские исследования», опубликованные посмертно, в 1953 году.
Философию Витгенштейна можно поделить на «раннюю», представленную «Трактатом», и «позднюю», изложенную в «Философских исследованиях», а также в «Голубой» и «Коричневой книгах».
Витгенштейн умер в апреле 1951 года от рака и был похоронен в Кембридже.
Философия раннего Витгенштейна отображена в его наиболее известном труде «Логико-философском трактате» написанном во время плена в годы Первой мировой войны и изданном в Германии в 1921. Издание сопровождалось предисловием друга философа Бертраном Расселом.
Кратко смысл труда обычно предоставляют в виде семи афоризмов:
Мир есть все то, что имеет место;
То, что имеет место, что является фактом, — это существование атомарных фактов;
Логический образ фактов есть мысль;
Мысль есть осмысленное предложение;
Предложение есть функция истинности элементарных предложений;
О чем невозможно говорить, о том следует молчать;
Общая форма функции истинности есть: . Это есть общая форма предложения.
Витгенштейн считал, что изложил все взгляды на философию и все проблемы в этомтрактате и решает больше не возвращатся к вопросу философии.
Витгенштейн не отвергает существование Бога, наоборот, считает, что если мы можем помыслить о Нем, значит Он есть. По его словам логика трансцендентальна (6.13).
Основная проблема философии а так же вообще многие проблемы в мире заключаются в нашем ограничении выразить все в слова. На самом деле вся философия ни что иное как «критика языка» (4.003-4.0031).
Граница нашего языка- граница нашего мира (5.6). Все о чем мы можем рассуждать, говорить, входит в наш мир, оно логично и каким бы порой сложным не было является истинным.
В «Логикл-философском трактате» можно найти размышление Витгенштейна о умеренной форме солипсизма. Как например: я есть мой мир (мой микрокосм) (5.63.); субъект не принадлежит миру но есть граница мира (5.632). Умеренный солипсизм по Витгенштейну ничем не отличен от реализма (5.634).
Логике отводится место отражения мира а не теории а математике- логическому методу, поскольку предложения математики- уравнения, а они не настоящие предложения а псевдо и потому не выражают никакой мысли. (6.13, 6.2, 6.21).
Мир не зависит от воли человека (6.373) и смысл его лежит за границами этого мира (6.41). Все предложения равноценны (6.4) и ни одно ничего не скажет задругое. Мир состоит из имен, называя что-то мы как бы даем ему возможность быть в этом мире, поскольку как было написано выше я есть мой микрокосм.
«Логико-философский трактат» был радо принят многими философами и студентами. Произведение стало настольной книгой для философов-позитивистов Венского кружка. Но как и со всеми идеями и мыслями идеи Людвига Витгенштейна были не совсем правильно поняты и для пересмотрения и объяснения своих позиций философ возвращается к своим трудам.
Философы Венского кружка посчитали, что раз о чем невозможно говорить о том следует молчать предложили все те темы которые не касался Витгенштейн просто убрать и сделать язык простым, протокольным, раз многое говорить просто бессмысленно. Это стало одной из главных причин, побудивших Витгенштейна пересмотреть свою философию.
Результатом пересмотра стал комплекс идей, в котором язык понимается уже как подвижная система контекстов, «языковых игр», подверженная возникновению противоречий, связанных с неясностью смыслов используемых слов и выражений, которые должны устраняться путём прояснения последних. Прояснение правил употребления языковых единиц и устранение противоречий и составляет задачу философии. Новая философия Витгенштейна представляет собой скорее набор методов и практик, чем теорию. Он сам полагал, что только так и может выглядеть дисциплина, постоянно вынужденная приспосабливаться к своему меняющемуся предмету. Взгляды позднего Витгенштейна нашли сторонников прежде всего в Оксфорде и Кембридже, дав начало лингвистической философии.
Сам термин «языковой игры» философ предложил вместо термина метаязыка (языка для описания языка) и пишет о нем в «Философских исследованиях» 1945 года. Языковая игра это система общепринятых или конвенциональных правил, в которых принимает участие говорящий. Языковая игра подразумевала полную свободу смыслов и контекстов.
Главным произведением «позднего» периода философии Витгенштейна можно считать «Философские исследования» работа над которыми велась с 30 гг. Труд был издан в1953 году, спустя 2 года после смерти философа. Пренебрежение канонами традиционного научного изложения, как и в "Логико-философском трактате", позволило Витгенштейну разрушить многие стереотипы традиционной академической схоластики и создать наиболее оригинальное и значительное философское произведение 20 в. Предметом исследования является обыденный язык и его применение, сопряженное с возникновением различных парадоксов. Витгенштейн стремится показать чем является язык в его обыденном понимании. Главным судьей правильности суждений так же является простой, обыденный язык.
Философию Витгенштейн стал рассматривать не только как терапевта помогающего людям в поисках ответов на несовершенные вопросы ограниченного языка человека но и как сам поиск этих ответов и вопрсов, которые глубоко укоренены в людях. Судя по всему сам Витгенштейн не был удовлетворен подобными размышлениями и дальше продолжал поиск позиции в отношении языка и философии.
Значение идей Витгенштейна огромно, однако их интерпретация и понимание, как показали многие годы исследований в этом направлении, представляет большую трудность. Это в равной мере относится и к его «ранней», и к «поздней» философии. Мнения и оценки значительно расходятся, косвенно подтверждая масштабность и глубину творчества Витгенштейна.
В философии Витгенштейна были поставлены и разработаны вопросы и темы, во многом определившие характер новой англо-американской аналитической философии. Известны попытки сближения его идей с феноменологией и герменевтикой, а также с религиозной философией (в частности, восточной). В последние годы на Западе опубликованы многие тексты из его обширного рукописного наследия. Ежегодно в Австрии (в городке Кирхберг-на-Векселе) проводятся Витгенштейновские симпозиумы, собирающие философов и ученых со всего мира.
Работы Витгенштейна оказали огромнейшее влияние на развитие лингвистической философии. Труды философа продолжают переиздаваться и издаваться практически ежегодно, давая новую пищу для размышлений и развития философской мысли, и , на мой взгляд , вся глубина идей Витгенштейна до конца еще не познана и требует осмысления.
ВИТГЕНШТЕЙН, ЛЮДВИГ ЙОЗЕФ ИОГАНН (Wittgenstein, Ludwig Josef Johann) (1889 1951), австрийский философ, один из наиболее влиятельных мыслителей 20 в. Витгенштейн родился в Вене 26 апреля 1889. После нескольких лет учебы в Берлине стажировался в… … Энциклопедия Кольера
Витгенштейн Людвиг - (Wittgenstein) (1889 1951), австрийский философ и логик, представитель аналитической философии. С 1929 в Великобритании. Выдвинул программу построения искусственного «идеального» языка, прообраз которого язык математической логики. Философию… … Энциклопедический словарь
Витгенштейн Людвиг - Людвиг Витгенштейн Дата и место рождения: 26 апреля 1889 Вена, Австро Венгрия Дата и место смерти: 29 апреля … Википедия
Витгенштейн Людвиг - Витгенштейн (Wittgenstein) Людвиг (26.4.1889, Вена, ‒ 29.4.1951, Кембридж), австрийский философ и логик, представитель аналитической философии. С 1929 жил в Англии, профессор Кембриджского университета (1939‒47). В первом периоде своей… … Большая советская энциклопедия
Витгенштейн, Людвиг - ВИТГЕНШТЕЙН (Wittgenstein) Людвиг (1889 1951), австрийский философ и логик, один из основателей аналитической философии. С 1929 в Великобритании. Друг и ученик Б. Рассела. Основные труды (“Логико философский трактат”, 1921; “Философские… … Иллюстрированный энциклопедический словарь
Витгенштейн Людвиг - Жизнь Людвиг Витгенштейн родился в Вене в 1889 г. Его отец Карл Витгенштейн был среди основателей сталелитейной промышленности империи Габсбургов. В 1906 г. он отправил сына учиться в Англию. Закончив техническую школу, Людвиг стал студентом… … Западная философия от истоков до наших дней
Витгенштейн Людвиг - (18891951) наиболее яркий представитель философии лингвистического анализа. Его можно считать выдающимся философом XX в. Витгенштейн родился в Вене и был самым младшим из восьми детей. Его четыре брата и три сестры также были талантливыми, в… … Великие философы: учебный словарь-справочник
ВИТГЕНШТЕЙН Людвиг - (WITTGENSTEIN, Ludwig) (1889 1951) Философ, родился в Австрии; большая часть его творчества была связана с британским периодом жизни. Витгенштейн оказал значительное влияние на некоторые области социологии и прежде всего этнометодологию. Наиболее … Социологический словарь
Витгенштейн, Людвиг - (26.04.1889 (Вена) – 29.04.1951 (Вена, Кембридж) Австрийский философ и логик, представитель аналитической философии. В Логико философском трактате (1921) выдвинул программу построения искусственного логически совершенного, идеального языка,… … Словарь лингвистических терминов Т.В. Жеребило
ВИТГЕНШТЕЙН ЛЮДВИГ - (Wittgenstein, Ludwig) (1889 1951) австрийский философ, оказавший огромное влияние на современную философию и на некоторые области социологии. Необычен среди философов тем, что внес свой главный вклад в два расходящихся крупных движения в рамках… … Большой толковый социологический словарь
Книги
- Людвиг Витгенштейн. Философские работы. Часть 1 , Людвиг Витгенштейн , Вниманию читателей предлагается первое в России собрание важнейших трудов Л. Витгенштейна (1889 - 1951), одного из наиболее оригинальных и глубоких мыслителей прошлоговека. Перевод с… Категория: Зарубежные философы Издатель: Гнозис , Купить за 930 руб
- Философские исследования , Витгенштейн Людвиг , Людвиг Витгенштейн - британский философ австрийского происхождения, один из самых оригинальных мыслителей европейской философии ХХ века, создатель теории построения искусственного… Категория:
Л.Витгенштейн (1889 – 1951), один из крупнейших философов 20 века, требовал ясности при формулировке философских проблем, полагая, что эти проблемы связаны с неправильным употреблением языка и нарушением его внутренней логики. В 1921 году он издает «Логико-философский трактат», где рассматривает язык и мир, описываемый языком, как помещенные в общее логическое пространство. Это означает, что не только выражения языка, но и предметы мира имеют логическую форму. Кант аналогично утверждал, что познание возможно благодаря тому, что познаваемая нами природа – это не вещь сама по себе, а явление. Она организована и структурирована познающим субъектом. Дело в том, поясняет Л.Витгенштейн, что мир тоже имеет логическую форму, как и язык, на котором мы говорим. Любое сложное языковое выражение анализируется, т.е. расчленяются на простые, далее не анализируемые составляющие, а они соотносятся с обозначаемой языковой реальностью. Такие «атомы языка» он называет именами, а соответствующие «атомы мира» - предметами.
Л.Витгенштейн считал, что реальность состоит из атомарных фактов (явлений, предметов, событий, не зависимых друг от друга), которые могут быть каким-то образом объединены в «молекулы» (множественность, выступающая как целое). Поскольку атомарные факты никак не связаны между собой, в мире нет никаких закономерных связей. Если мы верим в такого рода связь – это просто суеверие.
Поскольку действительность представляет собой лишь различные комбинации элементов одного уровня – фактов, постольку и наука оказывается не более, чем комбинацией предложений, отображающих факты и их различные сочетания. Все, что претендует на выход за пределы этого одномерного мира фактов, все, что апеллирует к связям фактов или к глубинным сущностям, должно быть изгнано из науки. Язык искажает факты. Для анализа бессмысленных предложений требуется логический анализ языка науки. Отсюда ряд выводов:
Осмысленное предложение изображает возможный факт. Этот факт и предложение должны иметь одну и ту же логическую форму. Если данный факт имеет место в действительности, то предложение истинно, а если нет – то ложно. Но говорить о возвышенном, божественном, об абсолютных нравственных ценностях невозможно, это то, чем надо жить;
Любое описание может быть как истинным, так и ложным. Это зависит от того, как обстоит дело в реальности. Отсюда потребность в логическом или лингвистическом анализе, в аналитической философии.
Рассмотрим положение дел в математике. Предложения математики суть уравнения и, следовательно, псевдопредложения. Математические предложения не выражают никакой мысли. Сущность математического метода состоит в работе с уравнениями. Почему уравнения оказываются псевдопредложениями? Потому что они не являются образами фактов, а показывают равенство выражений.
А как быть с теориями естественных наук и с научными законами? Должны ли мы рассматривать их как описания фактов? Научные законы, согласно Л.Витгенштейну, не являются совокупностями предложений, у них иная природа. Они суть способы унифицированных описаний большого количества фактов. Индукция есть процесс принятия наипростейшего закона, который согласуется с явлением. Этот процесс не имеет никакого логического обоснования, а только психологическое. Но каким образом научные законы и теории соотносятся с реальностью? Ответ таков.
Представьте себе, пишет Л.Витгенштейн, любую поверхность с хаотически расположенными на ней черными пятнами. Можно дать описание этой плоскости, накладывая на нее сеть с квадратными ячейками и отмечая для каждого квадрата, является ли он белым или черным. Выбрав достаточно мелкие ячейки, можно получить унифицированное описание поверхности. Однако оно будет произвольным, потому что с таким же успехом можно было бы использовать сеть с треугольными или шестиугольными ячейками. Различным сетям соответствуют различные системы описания мира. Так вот, механика подобна такой сети: она определяет способ описания мира, задавая свои аксиомы и правила, по которым из них выводятся прочие предложения.
Поскольку поверхность можно описывать с помощью и треугольной, и квадратной, и иной сети, тот факт, что мы описали ее, используя квадратную сеть, еще ничего о самой поверхности не говорит. Однако если ее удастся полностью описать с помощью определенной конфигурации, то данный факт уже характеризует поверхность. Тот факт, что реальность описывается механикой Ньютона, еще ничего не говорит о реальности. Это ведь не помешало тому, что в качестве картины реальности ее сменила теория Эйнштейна.
Что именно говорит о реальности тот факт, что механика Ньютона успешно применяется к какому-то кругу явлений? Разве теории относительности это тот конечный путь развития науки, дальше которого ничего нет?
Итак, законы науки и теории – не описания реальности, но некие сети, с помощью которых осуществляются такие описания, правила построения описаний. Закон причинности характеризует устройство этих сетей, а вовсе не устройство самой реальности. Значение принципа причинности состоит в том, что мы признаем существование естественнонаучных законов.
Цель философии – этологическое прояснение мыслей. Философия есть не учение, а деятельность. Современный характер европейской цивилизации таков что постоянно создаются все новые и новые системы символов, они надстраиваются друг над другом, порождая концептуальную путаницу.
Последователи Л.Витгенштейна переработали его идеи и поставили на место его онтологии следующие гносеологические принципы:
Всякое знание есть знание о том, что дано человеку в чувственном восприятии. Если у Л.Витгенштейна мир есть калейдоскоп фактов, то у его последователей – это калейдоскоп чувственных впечатлений. Вне их нет никакой реальности, во всяком случае мы ничего не можем сказать о ней. Нет никаких атомарных фактов, и всякое знание может относиться только к чувственным впечатлениям;
То, что дано нам в чувственном восприятии, мы можем знать с абсолютной достоверностью. Атомарные предложения заменены протокольными, которые выражены чувственными переживаниями субъекта, их истинность несомненна для исследователя;
Все функция знания сводятся к описанию. Если мир представляет собой комбинацию чувственных впечатлений, и знание может относиться только к чувственным впечатлениям, то оно сводится лишь к фиксации этих впечатлений. Объяснение и предсказание исчезают. Объяснить чувственные переживания можно было бы только, апеллируя к их источнику – внешнему миру. Но логические эмпиристы отказываются говорить о нем, следовательно, они отказываются от объяснения. А поскольку предсказание должно опираться на существенные связи явлений, на знание причин, они отвергают наличие таких связей. Остается только описание явлений, поиски ответа на вопрос как, а не почему?
Философия полезна только в случае анализа научных высказываний, и отождествляется с логическим анализом языка. С отрицанием философии связана терпимость к религии.
Существует мнение, что ведущим направлением неопозитивизма стал логический позитивизм, основные составляющие его – позитивизм, эмпиризм и логика. В этой связи говорят о втором названии – логический эмпиризм.
Считается также, что логический позитивизм – это немецкое движение, до него господствовали три философские позиции – механицизм, неокантианство, позитивизм Э.Маха. Однако теория относительности и квантовая механика сразу же стали осознаваться как несовместимые со всеми тремя течениями философии науки. Венский кружок возник из дискуссий группы интересующихся философией ученых (математиков, физиков, социологов), которые собирались с 1923 по 1936 годы раз в неделю в венском университете. Наиболее крупные фигуры – Рудольф Карнап (1891 – 1970), Отто Нейрат (1882 – 1945), Карл Гемпель (1905 – 1997), Ганс Рейхенбах (1891 – 1953). Впоследствии заданное ими направление получило развитие в США.
Итак, Л.Витгенштейн, опираясь на логические труды Б.Рассела (1872 – 1970), строит модель логического атомизма, в основе которой два положения:
Экстенсиональности (логические связи между предложениями понимаются исключительно как связи по функциям истинности);
Атомарности (в основе знания лежат взаимно независимые атомарные предложения);
Эмпиризм: атомарные факты являются фактами чувственного восприятия. Все знание сводится к совокупности элементарных, чувственно проверяемых утверждений, эмпирического базиса (предложений наблюдения, протокольных предложений).
Всякая наука есть система познавательных предложений, то есть истинных утверждений опыта. Это центральное положение логического позитивизма называется принципом верификации. Этот принцип утверждал, что все теоретические утверждения, которые не могут быть посредством логической цепочки рассуждений сведены к эмпирическим утверждениям (верифицированы), должны выбрасываться из науки как бессмысленные. В итоге все метафизические вопросы попадали в эту категорию и отбрасывались. Реализация этой программы пошла по пути замены философской теории познания и гносеологических вопросов о соотношении теории и реальности, логическими проблемами и проблемами языка. Если Беркли превратил внешний источник ощущений (объекты) в ощущения, а Э.Мах превратил ощущения в объекты, то неопозитивисты пошли по пути отрицания самого вопроса.
Познаваемо все, что может быть выражено. Подтвержденные наблюдением и непосредственным опытом факты описываются протокольными предложениями, на которые переносится центр тяжести всей концепции.
Складывалось убеждение, что появляется метод, который делает возможным описывать факты в протокольных предложениях без искажений, что создает твердый базис познания. Вот как это рассматривал Р.Карнап эту ситуацию в его теории языковых каркасов. Языковой каркас – это изощренная форма языка, когда та или иная наука представляется как особый язык. Принять мир вещей – значит, лишь принять определенную форму языка, принять правила образования предложений и проверки. Факты не являются ни основой теорий, ни их гарантией. Отсюда пришли к выводу о том, что все наблюдения теоретически нагружены.
Не менее важен вопрос о структуре теории. В качестве образца науки приняли математику. Отсюда исходили из предположения о дедуктивной природе научных теорий, когда научное знание строится через системы гипотез и аксиом, включающих теоретические термины, которые посредством правил соответствия связаны с протокольными предложениями опыта. Таков стандартный взгляд, который доминировал в 1920 – 1950-х годах.
Критика развернулась в 1950-х годах, а к концу 1960-х годов был достигнут консенсус относительно того, что общепринятый взгляд неадекватен для анализа научных теорий. Сегодня общепринятый взгляд отвергнут, но ни одна из альтернатив не получила широкого признания. Таким образом, ступени таковы:
Эмпирические факты (наука начинает с непосредственных наблюдений отдельных фактов);
Простые обобщения, которые мы можем непосредственно проверить, это эмпирические законы, они объясняют факты и используются дли предсказания фактов. Наблюдения обнаруживают определенную повторяемость;
Общие принципы, которые мы можем использовать, чтобы объяснять эмпирические законы: теоретические законы. Качественное отличие теоретических законов заключается в том, что они используют теоретические термины, в то время как эмпирические законы включают лишь термины наблюдения.
Каким же образом могут быть получены теоретические законы? Р.Карнап полагает, что к ним нельзя прийти, если просто взять эмпирические законы, а затем обобщить их на несколько ступеней дальше. Они содержат термины другого рода. Термины теоретических законов не относятся к наблюдаемым величинам. Они являются законами о таких объектах, как молекулы, атомы, электроны, электромагнитные поля.
Как физик приходит к эмпирическим законам? Он наблюдет некоторые события, подмечает регулярности, описывает их с помощью индуктивного обобщения. А как могут быть открыты теоретические законы? Будем собирать все больше данных, затем обобщим их за пределы эмпирии? Однако никакой теоретический закон не был установлен подобным образом. Вот мы наблюдаем камни, деревья, воду. Замечаем некие регулярности и описываем их. Но независимо от того, как долго и тщательно мы все это делали, мы никогда не достигнем пункта, когда мы сможем наблюдать молекулу. Термин «молекула» никогда не возникает как результат наблюдений.
По этой причине никакое количество обобщений из наблюдений не может дать теории молекулярных процессов. Такая теория возникает путем гипотезы. Из гипотезы выводятся некие эмпирические законы, и эти законы проверяются путем наблюдения фактов. Подтверждение таких выводных законов обеспечивает косвенное подтверждение теоретическому закону. Связь между теоретическим и эмпирическим более сложна, она решается на пути установления гипотетико-дедуктивного метода.
По вопросу о форме организации знаний сложилось представление о кумулятивизме, согласно которому развитие знания происходит путем постепенного добавления новых положений к накопленной сумме истинных знаний. Эмпиристская версия отождествляет рост знания с увеличением его эмпирического содержания. Рационалистическая – трактует развитие знания как такую последовательность абстрактных принципов и теоретических объяснений, каждый последующий элемент которой включает в себя предыдущий: новая теория включает старую. Деятельность ученого состоит в следующих шагах:
Установление новых протокольных предложений;
Изобретение способов объединения и обобщения этих предложений. Наука только добавляет новые факты и законы.
Вариант кумулятивизма – энциклопедизм: научная теория мыслится в виде пирамиды, в вершине которой находятся основные понятия, определения и постулаты, или аксиомы. Ниже располагаются предложения, выводимые из аксиом. Вся пирамида опирается на совокупность протокольных предложений. Наилучшей формой собирания таких теорий-пирамидок является энциклопедия. Марш науки прогрессирует от энциклопедии к энциклопедии.
Проект энциклопедии как формы восстановления единства познания, создания объединенной науки дополнялся проектом унификации терминологии на базе физикализма, поскольку считалось, что понятийные системы других наук говорят на своем собственном языке, между тем, как они принадлежат одной системе и находятся во взаимной связи. В качестве такового рассматривалась физика. Однако во второй четверти 20 века интерес к физике снизился. Среди тех проблем, которые вышли вперед оказались методология историко-научных исследований и отношение научной теории к реальности. Первый круг вопросов разрабатывался К.Поппером, Т.Куном и И.Лакатосом. Второй – конструктивистами или инструменталистами и реалистами, типа М.Планка.
Другая особенность неопозитивизма – антиисторизм, почти полное пренебрежение вопросами развития объекта, поскольку развитие предполагает взаимосвязь и взаимодействие фактов. Все изменения для них – это перекомбинация фактов или ощущений, как в калейдоскопе получают новую картинку путем встряхивания элементов.
Отсюда своеобразное представление о развитии науки. Знание – описание фактов, когда ничего не теряется, нет потерь, нет революций. В основе науки лежат протокольные предложения, выражающие чувственные переживания субъекта. Истинность этих предложений абсолютно достоверна и несомненна. Их совокупность образует эмпирический базис науки.
Деятельность ученого должна придерживаться двух процедур: 1) установление протокольных предложений; 2) изобретение способов объединения и обобщения этих предложений. Протокольным предложениям приписывались следующие особенности: они выражают чистый чувственный опыт субъекта; они абсолютно достоверны; предложения нейтральны по отношению ко всему остальному знанию; они гносеологически первичны, поскольку именно с установления протокольных предложений начинается процесс познания. Сегодня уже не говорится о полной достоверности и несомненности предложений эмпирического языка, и признают влияние теорий на них. Однако такой язык все же нужен, считают некоторые методологи науки, иначе невозможно сравнивать конкурирующие теории.
Научная теория мыслилась логическими позитивистами в виде пирамиды, в вершине которой находятся основные понятия (величины), определения и постулаты, ниже располагаются предложения, выводимые из постулатов. Вся пирамида опирается на совокупность протокольных предложений, обобщением которых она является. Прогресс науки выражается построением таких пирамид и в последующем слиянии теорий, построенных в некоторых областях науки, в более общие теории вплоть до слияния их в одну универсальную науку.
В этой примитивно-комулятивной модели развития не происходит никаких потерь, каждое протокольное предложение ложится в фундамент науки.
Опираясь на понимание научного знания как описания чувственного данного, в качестве критерия демаркации научного и иного знания была выбрана верификация: предложение научно только в том случае, когда оно сводимо к протокольным предложениям, и его истинность устанавливается наблюдением. Протокольные предложения не нуждаются в верификации, так как представляют чистый чувственный опыт и служат эмпирической базой для верификации всех других предложений. Все остальные предложения языка науки должны быть верифицированы для того, чтобы доказать свою научность.
Хорошо известно, что большая часть научных законов имеет форму общих предложений типа: все тела при нагревании расширяются; тело А при нагревании расширяется; тело В при нагревании расширяется; тело С при нагревании расширяется… Но ведь мы не в состоянии сформировать и проверить бесконечное множество протокольных предложений такого рода. Следовательно, законы науки не верифицируемы и должны быть объявлены бессмысленными. Однако, что это будет за наука, если ее лишить законов?
Логические позитивисты обогатили нарождавшуюся философию науки описанием гипотетико-дедуктивного метода, выявили структуру теорий математического естествознания, дали логические схемы объяснения и предсказания, виды определений научных понятий, описание эмпирических процедур. Все это и ныне входит в арсенал методологии науки.
Однако в целом модель, представленная логическими позитивистами, была искусственна и примитивна, довольно далекой от подлинной науки, она была не свободна от противоречий. Им не удалось выделить в научном знании твердый базис эмпирии, существование которого вытекало бы из их логико-гносеологических предпосылок. Они излишне резко проводили различие между эмпирическим и теоретическим уровнями познания. Они были убежденными сторонниками математизации научного знания.
Дальнейшее развитие философии науки было связано с обращением к историческому развитию науки. Методологические концепции начинают сравнивать не с логическими системами, а с реальными теориями и с историческими процессами возникновения научного знания. И с этого момента на формирование методологических концепций начинает оказывать влияние не символическая логика, а история науки. Соответственно изменяется и проблематика философии науки. Анализ языка и статичных структур уступает место критическому рационализму К.Поппера.
Если логические позитивисты считали единственным законным предметом философии науки логический анализ зрелого научного знания, то К.Поппер, Т.Кун, И.Лакатос, С.Тулмин, П.Фейерабенд, М.Полани обратили внимание на динамику и развитие научного знания. Указанные методологи науки, исследуя динамику науки, опирались не только на историю науки, но и предлагали и даже навязывали ее определенное видение, проводя различие между внутренними и внешними факторами развития науки. У К.Поппера процесс открытия научных законов – это внешний фактор для истории науки, а для М.Малкея и Дж.Гилберта – внутренний. С позиций многих методологов науки психологические и социальные детерминанты принадлежат к внешней истории науки, тогда как для Т.Куна, М.Полани и П.Фейерабенда они частично включаются во внутреннюю историю науки. Для К.Поппера факты – это абсолютная ценность науки, они бесспорны (хотя и конвенциальны), общезначимы и кумулятивны, а для Т.Куна они относительно ценны, необщезначимы, а в целом фактуальное знание некумулятивно.